ЭЛЬБРУС ПРЕВЫШЕ КОНСТИТУЦИИ

АННА
СТЕПАНОВНА
ПОЛИТКОВСКАЯ
(30.08.1958 – 07.10.2006)

•
БИОГРАФИЯ
•
ПУБЛИКАЦИИ
В «НОВОЙ ГАЗЕТЕ»
•
СОБЫТИЯ ПОСЛЕ…
•
АУДИО / ВИДЕО
•
СОБОЛЕЗНОВАНИЯ
•
ВАШЕ СЛОВО
•

ЭЛЬБРУС ПРЕВЫШЕ КОНСТИТУЦИИ
Конституционный суд не смог решить, является ли законным переход приэльбрусских сел под юрисдикцию г. Нальчика

Теперь это — столица Кабардино-Балкарии. (Фото — ИТАР-ТАСС)

Теперь это — столица Кабардино-Балкарии. (Фото — ИТАР-ТАСС)

       Конституционный суд России, собравшись 17 июля на свое последнее перед отпуском заседание, решил не участвовать в земельных разборках и огласил весьма странное решение по проблеме так называемых межселенных территорий в Кабардино-Балкарии. КС сообщил, что это не его ума дело думать: конституционно ли забирать у сел земли в пользу городов или нет? Тогда чьего ума?

       Напомним суть этой острейшей проблемы, о которой мы уже писали. 2 марта 2005 года в КБР вступили в силу два республиканских закона: «О статусе и границах муниципальных образований» и, в его развитие, «Об административно-территориальном устройстве». Инициаторы их принятия перекроили Кабардино-Балкарию по-новому. Большинство крупных сел, в том числе и такие, как Хасанья и Белая Речка — традиционные центры балкарской жизни, юридически перестали быть собственно селами и существовать как муниципальные образования со своими сельсоветами, депутатами, финансами, нарастающим местным самоуправлением.
       Местная бюрократия с удовольствием потирала руки. Еще бы: села были подарены Нальчику, его городской администрации, как когда-то Крым Украине. Вместе с пастбищами и сенокосами, окружающими эти села, ранее находившимися в юридическом подчинении сельских органов местного самоуправления.
       Надо заметить, что пастбища и сенокосы принципиальны для тех же Хасаньи и Белой Речки. В селах традиционно, десятилетиями, люди заняты преимущественно животноводством. И вот в 2005-м этих животноводов поставили перед фактом: отныне, чтобы пасти скот там, где они и их предки это делали, платите аренду Нальчику. И только Нальчик теперь будет решать, как использовать эти земли: то ли сдавать в аренду прежним хозяевам, то ли отдавать под застройку новым.
       По-простому это означало: села, расположенные у города, оказались в крепостной зависимости от города. А горные населенные пункты, удаленные от Нальчика — в Черекском, Эльбрусском, части Чегемского и Зольского районов, также потеряли право распоряжаться землями вокруг. Это право было раскидано по лояльным районным властям — в награду за лояльность. Получилась конфигурация власти, весьма странно выглядящей на фоне XXI века в стране, именующей себя демократической, а значит, развивающей местное самоуправление и инициативу граждан. При наличии, кроме всего прочего, передовой Конституции.
       Жителей сел, естественно, никто заранее ни о чем не спросил, их мнение никого не интересовало. Законы рождались в администрации президента КБР (тогда еще В. Кокова) — парламент их лишь штамповал. (Впрочем, пересмотра не случилось и при нынешнем президенте-рыночнике А. Канокове.)
       Как вы понимаете, земля везде на вес золота, а уж на Кавказе, где ее немного и за нее веками идут войны, и подавно. Началась борьба. В ней быстро появились жертвы. Отец шестерых детей, глава администрации селения Хасанья Артур Зокаев, лидер движения за отмену принятых законов, инициатор проведения местного референдума против административного произвола, а также автор жалобы в Верховный суд КБР, был расстрелян в ночь на 15 мая 2005 года на пороге собственного дома в Хасанье (преступление до сих пор не раскрыто). Ну а Верховный суд республики, рассмотрев жалобу Зокаева, постановил законы оставить в силе… Прокурором республики Ю. Кетовым, кроме того, были возбуждены уголовные дела против глав сельских администраций (села Эльбрус У. Курданова и Эльбрусского района Х. Макитова), осмелившихся в судебном порядке оспаривать насильственное изъятие земель…

       Когда же 9 октября 2005 года все-таки состоялся референдум о судьбе муниципального образования Хасаньи — быть с Нальчиком или жить самостоятельно, — референдум, который готовил убитый Артур Зокаев, и за самостоятельность проголосовали 99,4% жителей Хасаньи — республиканская власть не «увидела» этих результатов…
       Мнение народное повисло в воздухе — оно опять никого не заинтересовало. Параллельно с подготовкой референдума инициативные группы из той же Хасаньи, а также Белой Речки, Карасу, Безенги и Эльбруса обратились с коллективной жалобой в Конституционный суд РФ, попросив о проверке конституционности республиканских законов, ликвидирующих самостоятельность их сел и отнимающих межселенные территории.
       Было это больше года назад. Жалоба встала в очередь — наш КС по справедливости завален работой: дурных законов в стране тьма, народ борется с нарушениями Конституции активно. Для Кабардино-Балкарии этот год ожидания рассмотрения дела в Москве был очень сложным. Все так и висело в воздухе. Люди в селах, отмененных на бумаге, жили и надеялись, что Москва восстановит их в правах: им это казалось очевидным. Власть тоже побаивалась активничать, надеясь, что решение КС окажется в ее пользу или хотя бы все затянется. Процветала ползучая экспроприация.

       — Кто в это время реально управлял этими селами? — спрашиваю Оюса Гуртуева, председателя совета старейшин селения Белая Речка, активиста юридической процедуры в Конституционном суде.
       — Да никто фактически. Сами мы и управляли — скорее старейшины. Назначенные главы боялись что-то предпринимать. Хотя постоянно нам угрожали, если не смиримся. Например, даже «скорой помощи» лишить хотели. В селе Верхняя Балкария (самое большое высокогорное село в КБР. — А.П.) сельское кладбище отдали к межселенным, и люди потеряли право на эти гектары! На Кавказе с нашим особым отношением к смерти этого быть просто не может. В Приэльбрусье населенным пунктам Верхний Баксан, Нейтрино, Тегенекли, Байдаево, Эльбрус, Иткол и Терскол оставили в распоряжение лишь дорожную полосу вдоль речки… Как жить сельскому человеку? Чем кормиться? В этот год все постепенно разваливалось на глазах, ведь в межселенных территориях формально оказалось 80% земель, которыми мы распоряжались. Очень тяжело жили.

       Из материалов съезда старейшин балкарского народа, прошедшего 20 мая 2006 года в Нальчике, где в основном обсуждали этот острейший земельный кризис: «…Сельский совет разогнан городскими властями. (Речь идет о селении Хасанья. — А.П.) …Новый глава без полномочий, молодой и хороший парень Фриев приручен Нальчиком. Большая часть молодежи покинула село в поисках работы, другая прозябает на пенсию стариков и старух. Безработица порождает наркоманию и пьянство, социальный нигилизм, озлобленность и распущенность нравов…».

       Аналогичная ситуация — в других селах.
       — Встречались ли члены инициативной группы, подавшей жалобу в Конституционный суд, в течение этого года с президентом Каноковым, чтобы объяснить, что происходит? Вместе найти выход из этого кризиса? — продолжаем мы говорить с Оюсом Гуртуевым.
       — Мы не можем прорваться. Максимум, кто принимает, — это замглавы президентской администрации. А все письменные обращения к Канокову остались без ответа.
       — Как вы в результате восприняли такое формальное решение Конституционного суда?

       Из проекта решения КС РФ от 17 июля 2006 года «О прекращении производства по делу о проверке конституционности положений законов Кабардино-Балкарской Республики «Об административно-
территориальном устройстве КБР» и «О статусе и границах муниципальных образований в КБР»:
       «…разрешение вопроса о том, нарушено ли право на местное самоуправление положениями законов КБР, в данном случае невозможно без проверки соответствующих норм названного федерального закона (имеется в виду закон «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ» от 6 октября 2003 г. — А.П.), которые заявителями ни в жалобах в КС РФ, ни на заседании КС РФ не оспаривались. При таких обстоятельствах продолжение КС РФ производства по настоящему делу означало бы… принятие на себя не свойственных органу правосудия функций…».

       – Я просто не понимаю, как это могло случиться. Как нам объяснить теперь людям в селах, что умнейшие люди год с лишним решали, что они решить этого не вправе? Если же существовали в нашей жалобе формальные зацепки, позволившие отфутболить ее таким образом, почему за год нас об этом не известили? И не предложили переписать, к примеру? Не подсказали? Ведь всем — абсолютно всем в республике — важно именно решение по сути земельной проблемы. Это не могли не понимать члены КС.
       — Что намерены делать дальше?
       — Совет старейшин разделится на группы по два-три человека, и мы поедем по селам. Просить о сдержанности, о терпении. Будем призывать людей выдержать правовой путь до конца. Надеемся, что нас поддержат. Во-первых, в том, что мы напишем жалобу в Европейский суд по правам человека. А во-вторых, перепишем обращение в Конституционный суд, чтобы не осталось технических придирок для формальных подходов. Правовой путь, конечно, очень долгий. Люди устали ждать — они жить хотят по-современному, по Конституции. И поэтому уходят из сел.
       В нашей стране нарастает опасная тенденция: откладывать тяжелые решения неизвестно на какие сроки. Консервировать их. При этом отлично понимая опасности — что тем самым продлеваешь не просто страдания тысяч людей, а взводишь какой-то невидимый глазу механизм, способный быть детонатором. Но это же будет не при тебе… Те, кто составляет круг «принимающих решения», все чаще предпочитают действовать в рамках этой тенденции — полезнее тихо спихнуть с себя ответственность, чем взять ее на себя. Так сказать, приоритетная безответственность как залог личной безопасности.
       Тенденция, конечно, не могла оставить в стороне и Конституционный суд. Самый независимый из независимых. Последнюю Стену народного плача. На этом решении по земле стена что-то пала.

       Анна ПОЛИТКОВСКАЯ, обозреватель «Новой»


Официальное мнение

       Как сообщил представитель президента КБР в Конституционном суде РФ кандидат юридических наук З. Кашироков, его «это определение устраивает».
       Одновременно с этим Д. Хагарова, руководитель пресс-службы администрации президента КБР А. Канокова, отказала «Новой газете» в каких-либо иных комментариях, сославшись на то, что в администрации намерены дождаться, пока Конституционный суд России официально уведомит администрацию о состоявшемся решении и пришлет его текст. На момент подписания номера такого официального уведомления администрация президента КБР не получила.

       20.07.2006